Горькая память

Кому нужно было разорять серпуховский музей ВОВ?

03.12.2014 в 12:39, просмотров: 2445

 Скандал с музеем Великой Отечественной Войны, который был торжественно открыт в конце декабря 2013 года в средней школе №17 Серпухова, с каждым днем набирает обороты. То на информационно-развлекательном портале Глазей, то в соцсетях, с завидной регулярностью появляются материалы, рассказывающие о конфликте директора образовательного учреждения Н.М.Пригоды, депутата городского Совета В.В. Кулешова с художником А.М. Давыдовым.

 

Горькая память

 Еженедельник «МК» в Серпухове» не мог остаться в стороне и в свою очередь принял решение попытаться разобраться в этой непростой ситуации. Забегая немного вперед, сразу же подчеркну, что взявшись за написание этого материала, лично я не могла себе представить, в какую, мягко говоря, морально-безобразную историю придется погрузиться — уж больно все это было схоже с циничным танцем на костях убиенных наших отцов и дедов в Великую Отечественную войну.

От идеи до…

Порог редакции еженедельника «МК» в Серпухове» переступил местный художник, член Общественной палаты города Серпухова Александр Давыдов. Александр Михайлович, награжденный многими грамотами и дипломами, рассказал довольно страшную историю. Несколько лет назад он стал инициатором создания музея Великой Отечественной войны при средней школе №17. Поначалу директор образовательного учреждения Николай Пригода и местный депутат Владимир Кулешов поддержали его начинание, Владимир Владимирович и вовсе даже выделил какую-то спонсорскую помощь на материалы. И все же основную часть музейной коллекции, по словам Давыдова, составили экспонаты из его личного собрания.

Александр Михайлович поведал, что вместе со своими супругой и друзьями он провел огромную работу по созданию музея: от разработки эскизов интерьера, до изготовления миниатюрных диорам. Словом, дневали здесь и ночевали. В итоге, 30 декабря 2013 года музей был торжественно открыт, а Александр Давыдов был награжден медалью Ломоносова.

— Вы представляете, в этот день кого только не наградили, — возмущается Давыдов, — и председателя Совета депутатов Олега Кузнецова, и главу города Павла Залесова. За какие такие заслуги? К примеру, мой помощник, который отсюда вместе со мной не вылезал, ничего не получил.

Не получил ни рубля, как рассказал художник, ни он, ни его помощники и за саму работу, хотя директор школы Пригода, а также депутат Кулешов неоднократно публично давали об этом обещание. Вроде бы что-то говорили о должности руководителя музея. Но… «отделались» лишь полставками в ДДиЮ (Дом детства и юношества), и ДДиЮТТ (Дом детского и юношеского технического творчества). В итоге за свой труд Давыдов получал что-то около семи тысяч рублей.

…до рейдерства?

Диорамы, как потом будут везде писать «музея Давыдова», получали на многочисленных выставках награды, дипломы и почетные грамоты. Потому, говорит Александр Михайлович, директор школы неоднократно сетовал, мол, почему вы меня через свой музей не пиарите.

— Какие комиссии он только не водил, каких только посетителей! — возмущается Давыдов.

В итоге, вместо благодарностей, директор, якобы, урезал зарплату, доведя ее до трех тысяч рублей в месяц, а после и вовсе сентябрем уволил. Художнику стало жаль «своего детища» и он принял радикальное решение: вывезти экспонаты, так как и директор, и депутат, естественно, присвоят уникальную коллекцию экспонатов себе. Александр Михайлович созвал помощников, пригнал автомобиль к запасному входу и стал постепенно грузить экспонаты. Охранник школы, увидев все это, немедленно связался с директором школы, и тот, в свою очередь, приказал вызвать полицию. Вместе с сотрудниками правоохранительных органов прибыли Николай Пригода и Владимир Кулешов. Составили протокол, поставили подписи, после чего депутат распорядился опечатать музей.

— Чего вы, собственно, хотите добиться? — спрашиваю я у Александра Михайловича.

— Пусть вернут экспонаты. В ином случае я подам в суд. Это мои предметы и моя интеллектуальная собственность. Тем более я собирал все чеки.

Удручающая объективность

Имя городского депутата Кулешова — очень хорошо известно в городе. Что уж говорить о нашем издании... Так уж политически сложилось, что с большей частью членов депутатского корпуса у нас так и не выстроились доброжелательные отношения: мы не любим их, те не любят нас. Да и о каких чувствах, собственно, можно говорить, когда издание «МК» в Серпухове» фактически из номера в номер лупешит «отцов города» что есть мочи? Признаться честно, ввиду сложившихся взаимоотношений, тема с захватом музея могла стать еще одним щелчком по носу действующей законодательной власти Серпухова — сюжет в лучших традициях черного пиара, к тому же в преддверии очередных выборов. Однако прописные истины журналистики — в обязательном порядке ознакомиться с позицией другой стороны конфликта, никто не отменял. И мы попросили Владимира Кулешова прокомментировать конфликт.

— Говорить об этом очень больно. Мой отец прошел всю войну, умер рано от ран, — сказал по телефону Владимир Кулешов. — Я давно мечтал создать в Серпухове музей Великой Отечественной войны. И когда работа началась, когда, наконец, был открыт музей, я был по-настоящему счастлив. Да что я? Ветераны были счастливы. Никто тогда не мог и подумать, что произойдет такая страшная история. Впрочем, Яна, приходите в музей, и вы увидите все сами.

Мы встретились сразу же на следующий день. Директор школы №17 Николай Пригода принес ключи. Замок массивной, добротной двери звонко защелкал, словно все эти дни он — замок, только и мечтал о том, чтобы кто-то его открыл. Сначала, в имитированной темноте было сложно определить, что на самом деле произошло. Но сделав только первый шаг, сразу же спотыкаешься о массивный сундук, в котором плотно уложена форма офицеров и солдат немецких и советских войск. Спрашиваю, подлинная ли форма или имитация. Мне рассказывают, что некоторые объекты воссозданы, но основная часть — подлинники. В голове, простите за прагматизм, сразу же вырисовываются цифры с многочисленными нулями — услуги так называемых черных и белых копателей на рынке очень высоки. Невольно в голове возник вопрос: откуда, собственно, у безработного художника столько денег, чтобы собрать такое обширное собрание?

Как на поминках

Обнаженные манекены — сброшены, словно кто-то над ними надругался. Собранные под завязку баулы и тюки перегораживают путь. Бесконечные коробки от моделей (что в них внутри — неизвестно) стоят стройными рядами — видно приготовили к вывозу. У диорам, реконструирующих бои Великой Отечественной, стройными рядами выстроены кружки, которые в своем молчаливом красноречии говорят о регулярных чаепитиях, устраиваемых здесь.

— Вы знаете, а тут регулярно проходили посиделки, — говорит мне кто-то из работников школы. — Давыдовы кого только сюда не приводили. Приходили в Музей даже с собаками.

«Приходили с собаками», «проходили посиделки» — неужели это правда, неужели здесь устраивалось настоящее святотатство? Впрочем, если как утверждал неоднократно сам Александр Давыдов: музей ВОВ в средней школе № 17 был его личным. А с личным можно поступать как хочешь.

Мало кто знает, что история зарождения музея началась давно — с 2009 года, когда Владимир Кулешов вместе с инициативной группой, в лице своих помощников, учителей школы, депутатов, решил создать музей ВОВ, в расположенном на его участке образовательном учреждении. Создали рабочую группу, стали разрабатывать программу. Изучили множество других музейных проектов, посетили некоторые музеи. В этот момент одна из помощниц и привела на прием к Владимиру Кулешову Александра Давыдова, который сразу же втерся в доверие депутата.

— Тогда его семья испытывала большие материальные трудности, — вспоминает Владимир Владимирович. — Александр Михайлович показал мне свои работы и я подумал: своими добрыми руками он может сделать большое доброе дело.

После чего Александру Давыдову поручили заниматься покупкой экспонатов для музея и делать диорамы. Работа закипела, будущий музей стал постепенно пополняться. Никаких чеков с Давыдова не требовали — делали благое дело на доверии. Музей собирали всем миром: к примеру депутат Игорь Ермаков предоставил стройматериалы, руководитель бывшего Серпуховского механического завода Борис Косминин, тогдашний заместитель главы города Валентина Мантуло, руководитель предприятия «ТАГЕТ» Дмитрий Костицын, а также руководство предприятия «Серпуховхлеб» — все эти люди оказывали неоднократную материальную поддержку проекту, это уже не говоря про личные пожертвования обыкновенных горожан... И вот 30 декабря 2013 года музей был торжественно открыт. Были приглашены и политики, и дети, и ветераны. Последние, увидев музей, долго плакали и от горьких воспоминаний, и о том, что память о тех страшных днях жива среди потомков. Многие из них после открытия передали музею в дар свои личные реликвии, в том числе фотографии и письма. Теперь всего этого никто не может найти.

— Вот стою я здесь в этих развалинах как на поминках, — говорит одна из помощниц депутата Надежда Еремина, — при открытии музея было столько радости, а теперь столько горечи! У меня даже давление стало скакать после всего случившегося.

Потребовал вернуть музей

— Скажите, вы Давыдову оплачивали работу или он все делал на безвозмездной основе? — спрашиваю я Владимира Кулешова.

— Оплачивал, — отвечает он, — я же говорю, в семье были большие финансовые проблемы. К тому же, благодаря управлению образования, его без документов, без образования приняли на работу в Дом детства и юношества и в Дом детства и технического творчества, а супругу Давыдова приняли на работу техничкой в саму школу.

Владимир Владимирович показывает мне бумагу, на которой супруга Давыдова расписала стоимость оказанных услуг: «Давыдовым — 58 тысяч рублей; рабочим — 22 тысячи рублей». Всего же на создание музея ушло порядком 750 тысяч. Сумма далеко не маленькая для состоятельных спонсоров, что уж говорить для не работающей семьи, которая воспитывает малолетнего ребенка. Да и вообще, разве могут какому-то человеку, по сути с улицы, позволить организовать музей в стенах муниципального общеобразовательного учреждения — это вместо доводов, кто же именно стоял за созданием музея.

Конфликт произошел в конце октября, когда Давыдов, ввиду не проведения занятий и не ведения положенной документации, был уволен из ДДиЮ и ДДиЮТТ. Потому Александру Михайловичу и сказали, что т.к. не проводите занятий, не водите детей на экскурсию, то работать в музее будут профессионалы, в том числе и учителя истории. Тут-то Давыдов и потребовал вернуть якобы принадлежащие ему экспонаты. Получив в ответ, что это невозможно, т.к. о каких-то его личных вещах нет смысла говорить и вообще музей является собственностью школы, Давыдов решил попросту собрать тюки. Поздно вечером супруга Давыдова открыла запасной вход школы, после чего на пригнанной машине стали перевозить экспонаты в неизвестном направлении. Тут-то спохватившийся охранник и позвонил сначала директору школы, а после в полицию. Далее музей опечатали и, соответственно, закрыли от маленьких посетителей.

— Владимир Владимирович, ну почему же вы не были бюрократом? Почему вы не собирали в процессе покупки чеки или другие документы, подтверждающие оплату?

— Да мне даже в голову не могло прийти, что может произойти что-то подобное. Я не думал, что такое благое дело может получить такое печальное продолжение.

И действительно, очень печально. Печально, что наши дети остались без интереснейшего музея. Печально, что в преддверии 70-летия Победы музей закрыт на замок. Печально, что кто-то, растоптав память наших убиенных дедов и прадедов, тонет в тщеславии и в необузданной меркантильности.

P.S. Оговорюсь, по моральным принципам вынуждена оставить за рамками этой истории нелицеприятное прошлое главных фигурантов этого конфликта. Да и не имею юридического права обвинять Давыдовых в присвоении чужого имущества — нет на то явных документов, да и к тому же в никаких бумагах о получении денежных средств они не ставили свои подписи. Нет бумажки — нет, как известно, дела. И все же не это страшно... К сожалению, нам хорошо известны циничные истории с присвоением чужих наград, с оформлением официального статуса ветерана ВОВ тем, кто не имел даже малейшего представления о Войне. А теперь вот присваивают целый музей, музей Великой Отечественной войны... Как говорится, без комментариев. Да и какие могут быть комментарии к танцу на костях?