Что объединяет журналиста-газетчика с экспертом-криминалистом

В первый день весны, 1 марта, свой профессиональный праздник отмечают специалисты экспертно-криминалистической службы, то есть те, говоря проще, кто читает преступников по оставленным следам. И даже если на месте преступления все безупречно чисто, то эти профессионалы найдут то, что скрыто от глаз. Это настоящие фанаты своего дела. Вот и сотрудники отдела по экспертно-криминалистическому обеспечению МУ МВД России «Серпуховское» живут своей службой. Итак, отправляемся на улицу Театральная, где на первом этаже старинного здания и располагается это подразделение полиции.

Что объединяет журналиста-газетчика с экспертом-криминалистом

Узнать, что здесь, — большая удача. Нельзя сказать, что объект имеет строгую секретность, но посторонние глаза тут вовсе не нужны. А тут в отделе по экспертно-криминалистическому обеспечению вдруг нарисовались лишние глаза, уши и болтливый язык, который все задает и задает бесконечные вопросы — ох уж эти журналисты! Здесь свои уши и рты имеются: вон, одних глаз вместе с бровями 759 единиц, а носов более 440 шаблонов. Можно создать не одну тысячу фотороботов, хотя правильнее говорить фотокомпозиционных портретов. Кому-кому, а этому кружку следопытов всегда есть чем заняться. Спасибо и преступному сообществу, которое не позволяет полицейским расслабляться.

— А как вас зовут? — обращаюсь я к молодому капитану полиции, который, на мой взгляд, самый разговорчивый из всех. — И что входит в ваши обязанности?

— Артем Жевлаков, старший эксперт отдела. Помимо осмотра мест происшествий, в зону моей ответственности входят дактилоскопия, технико-криминалистическая экспертиза документов и трасология.

— Трасология... Это вы изучаете следы от протекторов на трассах? — на полном серьезе спрашиваю я.

— Трасология — это наука о следах, абсолютно любых. В том числе и от протекторов на трассах, так что вы, по сути, и не ошиблись, — с легкой улыбкой разъясняет он. А еще, как выяснилось, здесь проводят баллистическую, почерковедческую, портретную и специальную химическую экспертизу. Одним словом, все основные виды экспертиз.

История экспертной службы Серпухова начинается с середины пятидесятых годов ХХ века. С 1954 по 1977 год в качестве эксперта научно-технического отдела в отделе милиции Исполкома Серпуховского Городского Совета проходил службу майор милиции Сергей Дмитриевич Пашков. Правда, в то время работа эксперта заключалась в фотосъемке с мест резонансных преступлений, в формировании картотеки, а также в дактилоскопической регистрации и фотографировании преступного элемента.

В 1977 году Сергея Дмитриевича сменил другой Сергей — Тимошенков. Свою служебную деятельность он начинал в качестве постового милиционера еще в 1971 году, но уже через год поступил на очное отделение Московской специальной средней школы милиции МВД СССР на криминалистический факультет. В начале 1980-х годов отделение стало пополняться новыми кадрами. Так, в 1982 году сюда пришли Сергей Журавлев и Александр Кателков. Работы было тогда немало, 101-й километр давал о себе знать в полной красе криминальной малины. Поэтому экспертам-криминалистам мечтать о выходных особо не приходилось. Всю свою жизнь Сергей Петрович Тимошенков посвятил работе оперативно-технического отделения. Закончил он службу в 1999 году в звании подполковника милиции.

Начало 1990-х войдет в историю России сменой государственного строя. Политические перемены не могли не отразиться и на милицейской службе. Преступность зашкаливала, нагрузка на сотрудников милиции увеличилась. И вот происходит реорганизация экспертной службы: оперативно-техническое отделение становится Экспертно-криминалистическим отделением. Увеличивается штат сотрудников, в органы МВД приходят молодые специалисты: Дмитрий Затравкин, Сергей Веников, Александр Вошкни, Михаил Гуцал, Юрий Россиус, Владимир Бахановский. Сегодня отдел по экспертно-криминалистическому обеспечению МУ МВД России «Серпуховское» возглавляет полковник полиции Сергей Колотушкин.

— По штату у нас в отделе десять человек, но по факту нас меньше: кто-то не выдерживает нагрузки, кто-то — ответственности, — говорит Сергей Александрович, — но нагрузка на всех одинакова. Да, нелегко, но интересно.

В милицию Сергей Колотушкин пришел после того, как ему в буквальном смысле перекрыли небо. Дело в том, что по первому своему образованию он вертолетчик — окончил Калужское авиационное летно-техническое училище. Но тогда, в лихих девяностых государству было не до армии: морфлот пустили в свободное плавание, а летчиков и вертолетчиков, соответственно, — в свободный полет. Сергей пошел в милицию: начал с должности эксперта экспертно-технического отдела Чеховского ОВД. И вот от младшего лейтенанта милиции дослужился до полковника.

Во время нашего разговора Сергей Александрович старается аккуратно подбирать слова — особенности службы накладывают свой отпечаток. Вдруг внезапно открывается дверь, и на пороге оказывается бойкий мужчина средних лет.

— Ну, может, вы мне расскажете, чем вы тут занимаетесь, — обращаюсь к нему я. — А то пытаю вашего начальника, пытаю...

— А он не пытается? — подхватывает незнакомец. — Да, мы такие: нас голыми руками не возьмешь, да и неголыми тоже… Мы же давали подписку о неразглашении.

— Поэтому у вас и молчи-молчи? А у меня работа пиши-пиши, мне статью тоже надо готовить, — сетую я.

Оказалось, что передо мной легендарная личность — Сергей Куприянов. Именно он с 1999 года возглавлял это подразделение. На службу в милицию пришел по «комсомольской путевке» от серпуховского Радиотехнического завода, где работал регулировщиком радиоэлектронной аппаратуры. Сергей Викторович был ведущим специалистом в области автотрасологии. В 2011 году в звании подполковника милиции вышел на заслуженный отдых. Но из-за любви к искусству, в данном случае к криминалистике, продолжает работу.

Да, куда ни глянь — все безумно интересно. Вот и микроскоп для сравнения следов выстрелов на пулях, ведь мало кто знает, что каждое оружие оставляет свой индивидуальный след. Завораживает своими колбочками-пробирочками химическая лаборатория — здесь исследуют материалы на наличие наркотических или ядовитых веществ. Главные качества любого эксперта: объективность, независимость. В своей работе он должен опираться только на факты. Сотрудники рассказывают: бывает, что следователь утверждает одно, а следы говорят совсем о другом. На что опираться? Конечно же, только на следы. За долгие годы службы, благодаря заключениям специалистов отдела по экспертно-криминалистическому обеспечению, было раскрыто немало преступлений. Счет одних только квартирных краж, раскрытых по пальчикам (как любя называют следы рук полицейские), переваливает за сотню.

— Слушайте, а вы сериал «След» смотрите? Нельзя сказать, что у вас все похоже с киношными героями, но какие-то отголоски все-таки присутствуют.

— Нет, мы такое не смотрим, — отвечает Сергей Колотушкин. — Наш любимый фильм был и остается «Следствие ведут знатоки».

— Да-да, — подхватывает Куприянов. — Умели тогда снимать. Впрочем, я тоже успел сняться в четырех фильмах.

— И какая же вам досталась роль?

— Какая? Конечно же, эксперта криминальной службы. Играл самого себя.

Сериал «Спиноза» с Сергеем Маховиковым, «Объект 11» с Вячеславом Разбегаевым и другие киноленты. На съемки Сергей Куприянов отправлялся со своим чемоданом, который являлся объектом воздыхания всех съемочных групп.

Вот он, тот самый чемодан, с набором для объемных слепков, со стеклом для раскатки краски благодаря которой можно снять отпечатки пальцев. Вот и специальный фонарик имеется, рассеянные лучи которого позволяют увидеть следы на различных поверхностях.

— Включаем фонарик и, например, смотрим, что у нас творится под столом, — устраивает мне мастер-класс Сергей Куприянов. — Итак, что мы видим…

— Ага, а мы видим, что вчера уборщица до нас так и не дошла, — не то строго, не то с шуткой резюмирует руководитель отдела Сергей Колотушкин. И действительно, легкий слой пыли в этих особенных лучах предстает дремучим лесом.

Другой фонарик с ультрафиолетом позволяет выявить фальшивые деньги, проверить акцизные марки на алкоголе.

— Еще благодаря ультрафиолету на поверхности можно увидеть следы крови, слюни, следы пота, — поясняет Сергей Викторович. — Точнее он нам помогает выявить биологический материал, а уже потом в ходе экспертизы мы определяем, что это именно. Впрочем, не очень удобно использовать именно для этих целей такой фонарик. Другое дело — спецсредства. Помню, у нас был такой случай, я тогда только-только пришел в 1993 году на службу. Было убийство: во время потасовки в одного засадили нож, и прямо в сонную артерию. Однако с места преступления все следы были тщательно смыты. Тем временем опер получил информацию, что именно в этой квартире произошло убийство, и именно ее хозяин причастен к этому делу. Приезжаем, начинаем опрыскивать все этим средством и… вся комната засветилась от следов крови: она была и на стенах, и на мебели, и на полу. Так и раскрыли дело.

А еще в этом чемоданчике можно увидеть и кисточки, и пилочки, и скребочки… работа эксперта-криминалиста схожа с археологией.

— На самом деле, наша служба очень интересная; можно сказать, творческая, — не без доли гордости рассказывает руководитель отдела по экспертно-криминалистическому обеспечению МУ МВД России «Серпуховское» Сергей Колотушкин. — Каждый год на базе университета МВД мы проходим дополнительное обучение с последующим получением допуска на проведение экспертиз. Все меняется, совершенствуется, ничто не стоит на месте. И преступники не стоят на месте. Поэтому каждый раз мы для себя открываем что-то новое.

— Знаете, я вот всегда хотела узнать, а какую краску вы используете для снятия отпечатков? — спрашиваю я, видя перед собой черные подушечки чьих-то пальцев.

— Какая краска? Ваша родная, типографская, — с улыбкой отвечает Сергей Александрович.

— Да не может этого быть! А она не вредит здоровью человека? Одно дело — бумага, другое дело — руки.

— Что вы, она очень полезная, даже облизывать ее можно, — шутит он.

Так что, кто бы что ни говорил, а у журналистов-газетчиков и экспертов-криминалистов есть немало общего: докопаться до истины, верить только фактам, творчество, любовь к профессии и… та самая типографская краска. Для меня это знакомство оказалось незабываемым: уж поверьте, ввиду своей профессиональной деятельности на своем веку повидала всего, но именно здесь пришлось многому удивляться. Да, и теперь я знаю, что трасология — это не только следы от протекторов на трассах, но и огромная наука.

Опубликован в газете "Московский комсомолец" №9 от 24 февраля 2021

Заголовок в газете: Кружок следопытов